Мой милый товарищ, мой летчик,
                                                                                                  Хочу я с тобой поглядеть,
                                                                                                   Как месяц по небу кочует, 
                                                                                                   Как по лесу бродит медведь,
                                                                                                   Давно мне наскучило дома…
                                                           ( любимое стихотворение первоклассника Ю.Гагарина)

Выше всех.
                Сочинение о Ю.Гагарине мне хочется начать с рассказа о первом дне в школе.
-Ну, хоть тебе и наскучило дома, а придется идти домой, -улыбнулась учительница Ксения Герасимовна Юре . -Наш первый школьный день окончен.
Ребята захлопали крышками парт. 
-Не разбегаться! –остановила их учительница. -Постройтесь в линейку!
Начинается катавасия. Особенно взволнован Гагарин. Со скромной гордостью он занимает место правофлангового, но отсюда его бесцеремонно теснят другие, рослые ученики, и он оказывается почти в хвосте. Лишь две девочки добродушно согласились считать себя ниже Юры, но оглянув замыкающих линейку, Ксения Герасимовна решительно переставила Юру в самый хвост. Он стоял, закусив губы, весь напрягшись, чтоб не разрыдаться. А во главе линейки невозмутимо высился толстяк, не знавший ни одного стихотворения. Едва учительница произнесла: « По домам!», как Юра опрометью выбежал из класса и угодил в добрые руки матери. Она все видела, все поняла.
-Не горюй, сыночек, ты еще выше всех вымахаешь!..
И как в воду глядела Анна Тимофеевна: выше всех современников вымахал ее сын незабываемым апрельским днем 1961 года.
         Курсант Саратовского аэроклуба  Юрий Гагарин совершал свой первый самосто- ятельный полет на стареньком учебном самолете ПО-2, носившем смешливо-уважительное прозвище « кукурузник». Ему принадлежали и синь бескрайнего неба, и легкие светлые облака, и ширь земли далеко внизу. Он вспомнил родное Клушино, начало войны и встречу с летчиками, которых подбили фашисты. Они поручили Юре передать записку председателю колхоза. Мальчик опрометью кинулся выполнять первое в своей жизни боевое задание. Прочитав записку, председатель строго-настрого предупредил: о летчиках никому ни слова. И Юра молчал. Вечером мать не пустила его со двора. А он не мог объяснить ей, что ему нужно к летчикам. Чуть свет Юра выскочил из спящей избы и помчался в поле. Он бежал напрямик сквозь мокрый от росы орешник, через овраг, обжигался злой осенней крапивой, но все равно опоздал. Летчиков не было. Лишь в темной торфяной жиже сиротливо торчал затонувший истребитель. Юра с грустью поглядел на пепельный кружок костра, на глубокие борозды, оставленные самолетом, унесшим летчиков. А потом,  перепрыгивая с кочки на кочку, добрался до полузатоплен-

ного самолета  и залез внутрь. Занял место пилота, положил руки на штурвал и …Теперь он знал, почему испытанное сегодня при всей своей ошеломляющей новизне на миг представилось повторением того пережитого. Вот тогда, в мертвом, черном самолете, почувствовал он небо, полет, крылья, как не  чувствовал потом уже никогда, вплоть до сегодняшнего дня, когда узнал, что значит летать на своих крыльях, и это было счастье.  Юрий засмеялся и вдруг запел во все горло, но никто его не услышал. Мог ли он подумать, что пройдет не так уж много лет и в кабине космического корабля он запоет над всем миром песню, которая сразу станет знаменитой лишь потому, что ее пел он, Гагарин, первый человек проникший в космос. Но надо садиться. Ему положено сделать всего один круг. Так же, как и в том, будущем полете. Он приземлился красиво и точно, спрыгнул на землю и, стараясь не выдать своего бурного восторга, отрапортовал инструктору.
-Для первого раза неплохо! Какой путь вы себе выбрали?- сказал, подходя, приехавший в гости генерал-майор авиации со Звездой Героя на кителе.
-Индустриальный техникум кончает, будет литейщиком - ответил за Юру инструктор.
-Хорошее дело. - В голосе генерала прозвучало разочарование. – Хорошее, ничего не скажешь. А только он прирожденный летчик. Мог бы стать классным пилотом.
-Я хочу летать, товарищ генерал и ничего другого не хочу! - вдруг звонко сказал Гагарин.
-Вот как? - Генерал внимательно посмотрел в открытое лицо юноши, словно хотел запомнить его на будущее.
       Вот взята новая высота. Юрий Гагарин оканчивает Саратовский индустриальный техникум с отличием. Его поздравляли, ему аплодировали, жали руку, желали славного трудового будущего, а он едва удерживал крик в горле: - « Остановитесь! Вы ошиблись во мне! Я же всех обманул!..» Да, он всерьез считал себя обманщиком, чуть ли не предателем. Его столько лет учили, кормили, одевали, обеспечивали жильем и деньгами, столько сил, терпения, душевной заботы потратили учителя и цеховые мастера, чтобы сделать из него квалифицированного литейщика, и все впустую. Вспоминал о том, как доверчиво и озабоченно спрашивал директор техникума, подписывая ему на четвертом курсе рекомендацию в аэроклуб: «А учебе это не помешает?» - «Конечно нет»,- заверил Гагарин, знавший, что с плохой успеваемостью в клубе держать не станут.  Да, аэроклуб помешал не учебе, а куда большему-жизни в приобретенной профессии.
       Гагарин поступает в Военное авиационное училище в Оренбурге. После его окончания служит в военной авиации - летает на сверхзвуковых самолетах, оберегая северные рубежи нашей Родины. В 1960 году начал готовиться к полету в космос. В Центре подготовки космонавтов, ныне носящем его имя. Главный конструктор Королев придавал колоссальное значение тому, кто первым полетит в космос. Можно предусмотреть все или почти все, но нельзя предусмотреть, что будет с человеком, когда 
он впервые  выйдет из-под власти земных сил. Как же одиноко будет этому смельчаку
в космическом корабле - вокруг пустота,  а земля и все, что он любил, далеко, далеко.

В сурдокамере - закрытом наглухо помещении, из которого нельзя выйти самому,- будущий космонавт проходит испытание на одиночество. Когда он входит в сурдокамеру, за ним захлопывается тяжелая стальная дверь. Он оказывается словно в кабине космичес-
кого корабля: кресло, пульт управления, телевизионная камера, позволяющая следить за состоянием испытуемого, запас пищи, бортовой журнал. На какое время тебя поместили в одиночку- неизвестно. Ты должен терпеть. Ты один. Совсем один. Будущий космонавт входит в сурдокамеру с атласно выбритыми щеками, выходит с молодой мягкой бородой. Первому космонавту надо было доказать раз и навсегда, что пребывание в космосе посильно человеку.  Королев   с особым вниманием следил за испытаниями в сурдокамере и жадно спрашивал очередного « бородача»:
-О чем вы там думали?   И слышал обычно в ответ:
-Всю свою жизнь перебрал… 
Да, долгое одиночество позволяло вдосталь покопаться в прошлом. А вот испытуемый,
 чьи показатели оказались самыми высокими, ответил с открытой мальчишеской улыбкой:
-О чем я думал? О будущем, товарищ Главный.
Королев посмотрел в яркие, блестящие глаза, даже на самом дне не замутненные пережитым одиночеством.
-Черт возьми, товарищ Гагарин, вашему будущему можно только позавидовать!
«Да и моему тоже»,- подумал Главный конструктор, вдруг уверившийся, что первым полетит этот ладный, радостный человек…
       Королев безмерно  гордился подвигом Гагарина и радовался его успеху куда больше, чем собственному. Как то его друзья спросили: «Сергей Палыч, неужели ты считаешь, что другие космонавты справились бы хуже, чем Гагарин?»
-Ничуть!- горячо ответил Королев. - …Но никто после полета так не улыбнется человече-
ству и Вселенной, как Юра Гагарин.
  -Юра был странный мальчик, - вспоминает его мама Анна Тимофеевна. - Все приставал:
 «Мама, почему звезды такие красивые?» Необыкновенный документ - запись разговора Гагарина с Землей во время знаменитого витка. Как задушевно, искренне и доверчиво прозвучало: «В правый иллюминатор сейчас вижу звезду… Ушла звездочка, уходит, уходит!.. В другой раз лучше разгляжу». Но не было этого другого раза,  а Гагарин сам стал звездочкой в золотом шатре небес…
К Юрию Алексеевичу Гагарину был прикован взгляд всех современников, ему выпало редчайшее счастье быть любимцем века.  На него смотрели с восторгом, удивлением и нежностью темные, светлые, узкие, круглые, раскосые, молодые, старые глаза. Прощаясь с Гагариным, мы провожали в последний путь не только Героя, бесстрашного Исполнителя чужого замысла, но и «умнейшего мужа России».